Школа в городе Прокопьевске Кемеровской области – Кузбасса, построенная еще в 1951-м, держалась из последних сил. Её стены помнили послевоенных детей, советских пионеров, выпускников 90-х… Но время брало своё.
«Как тут вообще учатся? »
— подумала Марина*, мать десятилетней Алины*, глядя на трещину в стене спортзала.
«Учатся»,
— пожала плечами «техничка» и дальше стала шваброй мыть пол.
В декабре 2022-го пришла комиссия. Осмотрели здание образовательного учреждения, постучали по стенам, покачали головами.
«Часть помещений находится в аварийном состоянии, — заключил главный специалист. — Работу спортзала и столовой необходимо приостановить».
Следом была созвана дополнительная комиссия, которая вынесла еще более суровый вердикт – закрыть школу в связи с опасностью разрушения.
«А дети?»
— спросила директор.
«Дети… будут учиться в других школах».
С января 2023-го Алина и другие ученики начали ездить в школу, расположенную на другом конце города. Три автобуса, переполненных школьниками, везли их через весь Прокопьевск. Но не все было так гладко…
«Опять автобус сломался! — кричала в трубку Марина. — Моя дочь уже очередной день на дистанционке! Мало того, что трех автобусов не хватает, так они еще и не выходят на линию!»
«У нас транспортный коллапс, — отвечали ей в ответ в профильной структуре. — Что вы хотите?»
«Хочу, чтобы мой ребёнок учился в школе, сидя за партой, а не перед экраном компьютера!»
Но на следующий день ничего не изменилось.
Поскольку ситуация была тупиковая, Марина стала искать пути решения проблемы. Так она зашла на страницу приемной Председателя СК России А.И. Бастрыкина «ВКонтакте». Недолго думая, она написала в личном диалоге обращение и нажала «отправить».
В тот же день с Мариной связался дежурный оператор Информационного центра СК России. Он сообщил, что по ее информации сформировано обращение, которое по поручению главы ведомства Александра Ивановича Бастрыкина направлено для организации рассмотрения в региональное следственное управление.
«И что, это сработает?»
— задавалась вопросом Марина.
Но буквально через несколько дней с ней на связь вышел следователь из СУ СК России по Кемеровской области – Кузбассу. Он сообщил, что по ее обращению начата процессуальная проверка, в ходе которой предстоит выяснить причины нарушения прав детей на доступное образование.
Прошло еще немного времени. Утро в Прокопьевске начиналось как обычно: первые лучи утреннего солнца, которые с приходом весны уже стали припекать, и… четыре автобуса, аккуратно припаркованных у остановки.
«Мам, смотри! — Алина дернула маму за рукав. — Еще один автобус! Новый!»
Там же стоял высокий мужчина в строгом пальто. Он внимательно осмотрел новый автобус снаружи, заглянул в салон.
Марина присмотрелась… и вдруг узнала его. Это был тот самый следователь из регионального управления СК России, который рассматривал ее обращение.
«Вы…»
— начала она.
Мужчина ответил:
«Проверяем, как исполняется решение».
«Спасибо, — Марина смутилась. — Вы даже не представляете, как это важно для нас».
«Я представляю, — кивнул он. — Поэтому и приехал лично убедиться».
Марина улыбнулась. Ещё несколько дней назад она и представить не могла, что её обращение к Председателю Следственного комитета России Александру Ивановичу Бастрыкину так круто изменит ситуацию.
*Имена изменены
