Михаил Булгаков в кругу друзей нередко упоминал чёрный травяной ликёр — «Рижский бальзам», которым он разбавлял водку за обедом. Этот крепкий напиток с ярким ароматом лечебных трав стал не просто алкоголем, а настоящим культурным маркером. В его историю можно заглянуть ещё в XVIII век, когда бальзам появился как лекарственное средство и со временем стал гордостью Риги.
Легенды и мифы о происхождении
Согласно преданиям, рижский аптекарь Абрахам Кунце в середине XVIII века создал уникальную настойку из множества трав и кореньев, названную Kunze’s Balsam. Говорят, что именно эта настойка спасла Екатерину II во время её визита в Ригу, когда она почувствовала недомогание. Кунце якобы подал ей несколько капель своего продукта, после чего императрица наградила его золотой медалью. Тем не менее, документально подтвердить эту встречу не удалось, и бальзам с самого начала окутан мифами.
От возрождения до популярности
После смерти Кунце оригинальный рецепт пропал. В XIX веке предприниматели Альберт Вольшмидт и Арнольд Лемзаль возобновили производство, стандартизируя состав и увеличив крепость до 40–45%. Благодаря этому бальзам быстро завоевал популярность не только в Прибалтике, но и по всей Российской империи, а позже и в Европе.
К концу XIX — началу XX века «Рижский бальзам» стал неотъемлемой частью рижского бренда. В специализированных керамических бутылках он продавался как полезный напиток и элемент изысканного досуга. В 1900 году производство сосредоточилось на Рижском государственном водочном складе, но Первая мировая война нарушила этот процесс. С началом «сухого закона» в России бальзам исчез из повседневной жизни, оставшись лишь в частных коллекциях.
Новая жизнь в советское время
После Второй мировой войны и вхождения Латвии в состав СССР началось новое восстание «Рижского бальзама». Технолог Майга Подрачнице, без доступа к оригинальному рецепту, восстановила состав на основе довоенных образцов. Полученный напиток с крепостью около 45% стал эталоном «Рижского бальзама». С 1940-х годов он поставлялся по всему Советскому Союзу, и его популярность только росла.
К 1970-м годам производство достигало миллионов бутылок ежегодно, а бальзам уже прочно вошёл в советскую поп-культуру. Однако с распадом СССР заводу пришлось переосмыслить бренд. «Рижский бальзам» перестал быть символом идеологии и вновь стал частью культурного наследия, объединяя эпохи и традиции.
